Снимая куртку, Джек с трудом вытащил из рукава руку. Похоже, рубашка за что-то зацепилась в левом рукаве. Осмотрев его, он с удивлением обнаружил застрявшую в плотной ткани куртки погнутую, заржавленную булавку.
— А она откуда здесь взялась?
Вытащив булавку, он положил ее на ночной столик и стал раздеваться.
Джек едва успел натянуть пижаму, как в комнату постучал лейтенант Гопкинс. Выглядел он очень усталым.
— Что там такое было на чердаке? — с места в карьер задал он вопрос.
Джек криво усмехнулся.
— Да что там! Выставил себя на посмешище, — честно признался он. — Разбилась бутыль с вишневым соком, коты на крыше грохотали черепицей, а я, как старая дева, поддался панике и помчался на чердак. Никого там нет.
— Бутыль? — пригладил волосы Генри Гопкинс. — В таком случае это была весьма нетипичная бутыль. То пятно, что на скатерти — от крови.
Джек побледнел.
— Вы не ошибаетесь?
— Я абсолютно в этом уверен. И, боюсь, это кровь человека. То же самое с опилками на чердаке.
Джек потер лоб.
— Я вас прошу, господин лейтенант, — умоляюще произнес он, — что бы вы ни обнаружили, не говорите об этом мисс Хоуп. Она и без того, бедняжка, чуть жива.
— Вот как? Вы полагаете? — Взгляд лейтенанта был устремлен куда-то в пространство.
Он встал.
— Не скажу, что я в восторге от этих новых открытий. И что хоть немного понимаю из происходящего в этом доме. Впрочем, нам пора отдохнуть.
Он встал и протянул руку на прощанье, но тут взгляд его упал на лежащую на столике заржавленную булавку. По его лицу проскользнула тень.
— А это что такое?
— Понятия не имею, какая-то ржавая пакость. Я обнаружил это застрявшим в рукаве моей куртки. Должно быть, на чердаке за что-то зацепился.
— Вы обнаружили ее в рукаве своей куртки?!
В ставшем вдруг высоким голосе лейтенанта послышались вдруг такие непривычные этому человеку взволнованность и даже страх, что Джек с удивлением уставился на своего гостя.
— Да, в рукаве моей куртки, — ответил он и на всякий случай добавил: — В левом.
Не говоря ни слова лейтенант схватил левую руку Джека и, задрав рукав пижамы, принялся внимательно осматривать ее, потянув молодого человека поближе к свету.
— Царапины не осталось? — он был так взволнован, что у него похолодели руки. Джек ничего не понимал и покорно позволял вертеть себя во все стороны.
— Простите, сэр, — осмелился он наконец пробормотать, — не могли бы вы объяснить… Я ничего не понимаю!
— Это неважно, — невежливо перебил его лейтенант. — Вы только ответьте — булавка вас не поцарапала?
— Нет. На мне была рубашка, которую я купил в свое время в Японии. Продавец уверял меня, что шелк этой рубашки по прочности не уступает стали и может выдержать даже удар ножа. Ну, чуть ли не панцирь! За нож не скажу, а вот укол булавкой моя рубашка выдержала с честью. Видите, погнулась, но ткани не проколола. Так что японец оказался прав — не рубашка, а настоящий панцирь.
Лейтенанту было не до шуток, он даже не улыбнулся в ответ. Сев опять на стул, он на полном серьезе подтвердил:
— Да, настоящий панцирь. А теперь, будьте добры, расскажите мне еще раз о своем сегодняшнем хождении на чердак. Но только во всех подробностях. Во всех подробностях! — подчеркнул он.
Джек тяжело вздохнул. Так хочется спать, а тут изволь снова рассказывать о своих бесславных похождениях! Да и зачем все это представителям власти? Ведь он уже признался, что самым жалким образом опростоволосился, предстал перед девушкой в не наилучшем виде.
Джек умоляюще посмотрел на сотрудника Скотленд-Ярда, но тот всем своим видом демонстрировал непреклонность.
Вздохнув, Джек послушно принялся рассказывать. Сначала о «кап, кап» и красных пятнах на скатерти. О шуме, который слышался на чердаке, будто там боролись или что-то тащили по полу. Потом о запертой двери, которую он, Джек, вышиб.
Лейтенант слушал внимательно, ни словом не перебивая. И только когда Джек закончил свой рассказ, он спросил:
— Но вы так и не сказали, когда и где подцепили злополучную булавку.
В ответ Джек широко, будучи не в состоянии сдержаться, и, устыдившись, прикрыл рот рукой:
— Ох, простите. Я, знаете ли, теперь почти никогда не высыпаюсь…
— Отвечайте на вопрос! — официально перебил его лейтенант. — Когда и где?
Джек почесал в затылке.
— Ну откуда мне знать? Может, когда я по лестнице бежал, оперся о стену и подцепил ее… Тут такая узкая лестница на чердак.
И вдруг спохватился:
— Вспомнил! Ну, совсем из головы вылетело. Еще как только мы вошли, в темноте кто-то огрел меня по плечу. Именно по левому.
— А что это могло быть? И кто?
— Понятия не имею. Тьма там была кромешная. Хоть убейте меня, но я ничего не мог разглядеть, даже если бы злоумышленник был рядом со мной.
— Значит, кто-то мог там оказаться рядом с вами?
— Еще как мог! Я бы не заметил и целого стада слонов, разумеется, при условии, что они двигались бы бесшумно.
Наконец лейтенант удалился. Джек с удивлением констатировал, что вместе с ним исчезла и ржавая булавка.
— Похоже, и этот немного с приветом, — пробормотал Джек, с наслаждением вытягиваясь под одеялом. — Мне как-то говорили, что у них в Скотленд-Ярде все такие. Работа, наверное, доводит их до этого… Жаль парня, симпатичный.
XV. Цыпленок с отрубленной головой
Громкий лай прозвучал столь неожиданно, что он невольно попятился. Откуда тут появилась собака? Ведь в этом доме не было даже маленького щенка, и вдруг такой басовитый лай.
Серебристый переливчатый смех Кэй окончательно сконфузил Джека.
— О, кузен, какой же ты нервный! Не бойся, это всего-навсего Неро. Неро, иди, познакомься с хозяином!
Из-под стола, не торопясь, появился большой, покрытый черной кудлатой шерстью пес. Ступая с достоинством и не переставая ворчать, он тем не менее послушно направился к Джеку.
— Фи! — нахмурилась Кэй. — Ты дурно воспитан, Неро! Подай хозяину лапу! Слышишь? Подай лапу!
Бросив на хозяйку искоса недовольный взгляд налившимся кровью злобным глазом, пес нехотя приподнял косматую лапищу. Ее мощные когти были не меньше тигриных.
— Чья эта собака? — поинтересовался Джек, без особого энтузиазма потрепав чудовищного пса по огромной кудлатой голове.
— Моя. Ее подарила мне моя подруга… ты с ней не знаком. Знаешь, мне будет спокойней, если рядом со мной всегда будет находиться такой надежный страж.
— Значит, нашего полку прибыло. — Джек старался, чтобы в его голосе проявилось удовлетворение, но сам чувствовал, как фальшиво он звучит. — Да, этот страж бесспорно внушает уважение. А что за порода?
— О! — Кэй принялась ласково теребить страшилище за уши. — Порода что надо! Мексиканская овчарка! Наверняка среди его предков найдутся и такие, которых специально натаскивали для охоты на людей. Вот почему мне хочется, чтобы вы подружились. Ведь нехорошо получится, если он нападет на тебя…
Джек бросил оценивающий взгляд на мощные лапы собаки, и согласился с кузиной:
— Да, и в самом деле получится нехорошо. Честно говоря, не знаю, кто окажется победителем. А как будет с остальными обитателями твоего дома? И лейтенант… Ты уже их познакомила? Ведь тоже может нехорошо получиться…
— Пока не познакомила, вот и держу Неро рядом с собой, ни на шаг не отпускаю. А лейтенанта я сегодня еще не видела. Мне кажется, он засел на чердаке. — Девушка пожала плечами. — Интересно, что он там ищет?
Джек сочувственно покачал головой:
— Парень он неплохой, но фанаберии и у него случаются… Мне кажется порой, что он позволяет себе излишние фантазии.
Если бы самого лейтенанта спросили, что он ищет на чердаке, пожалуй, он не смог бы дать удовлетворительный ответ. И тем не менее нельзя вот так запросто игнорировать пропитавшиеся кровью опилки. А ведь здесь натекло много крови.
Действительно, с раннего утра Гарри Гопкинс шаг за шагом обыскивал чердак. Безукоризненный костюм покрылся толстым слоем пыли и паутины. Похоже, пропавший Джон не отличался особым пристрастием к чистоте и порядку.
Чем дальше, тем все более странной и загадочной представлялась эта история. Лужа крови — и ничего больше?!
Лейтенант не сомневался — вчера ночью вот здесь, у детского шкафчика произошло нечто страшное. Возможно, даже и убийство, во всяком случае, чертовски похоже на это. Тогда вопрос: кого убили и куда дели тело?
Слой опилок на полу не мог помочь в разрешении загадки. Беспорядочные следы Джека и Кэй очень, очень старательно затоптали все другие, которые могли там сохраниться. Грэнмор заявил, что лазил по всему чердаку. С ним была мисс Хоуп. Кто знает, кому еще втемяшилось побывать на чердаке за это время! Вот если бы сохранились следы на опилках… Впрочем, следы на опилках вообще очень плохо сохраняются.
